December 2nd, 2020

Приплыли… к брегам Адриатики: о чем «Пироскаф» аса в законе?

Мы продолжаем разбираться со странностями географии «по Антону Монтане и Виктору Суворову». И речь разумеется не о мистике. Речь, если желаете – об ИНТУИЦИИ. И вот сейчас мы пытаемся разобрать сказку роман в стихах Пушкина Приплыли «Онегин». К тому же вопрос правильного прочтения различного рода и в данном случае стихотворных текстов – наше давнее направление работы. Для нас текст – это не только текст, но и его тезаурус, семантическое окружение, гипер или кон текст. И вот что любопытно: исследуя текст пушкинского «Евгения Онегина» пользователь ЖЖ с весьма характерным именем «Владимир Набоков» достаточно подробно разбирая итальянский мотив романа приходит к весьма банальной на первый взгляд литературоведческой мысли о том что «вдали Италии своей - красивая метафора, означающая лишь то, что Онегин умер собственной смертью, а не был убит по обычаю кровной мести.» Но нас интересует не литература а география.
И вот что получается: Молдавия и Италия относятся к Онегину, а не к Назону. С одной стороны Пушкин Онегину разумеется – «папа». Это не только самоочевидно, но удивительным образом подчеркивается словами автора о том что «Онегин был готов со мною//Увидеть чуждые страны;//Но скоро были мы судьбою//На долгой срок разведены.//Отец его тогда скончался. …» Кому то наша трактовка может даже покажется смешней, однако из дословного прочтения текста, то есть если его читать как закон, требующий канонического легитимистского истолкования, ВПОЛНЕ РАЗУМНО БУДЕТ УСМОТРЕТЬ связь факта «разведения на долгий срок» (с учетом расставания Онегина с читателем «надолго… навсегда» в финале произведения) и того что «отец» (создатель) его (то есть собственно Онегина), или проще говоря Автор – «скончался». Естественно это «скончался» мы можем понимать метафорически, и о том, что это именно было, сам Пушкин дает достаточно четкое указание. Да и такое обстоятельство что «долгами жил его (Онегина) отец» в контексте того факта что сам Пушкин закончил официальный жизненный путь с долгами покрытыми царской казной – говорит о многом. Так примечание «Писано в Бессарабии» к словам «Вреден север для меня» указывало совершенно ясно, что речь идет не о вреде для здоровья, а о других обстоятельствах, повлекших пребывание автора вне Петербурга... Об этих обстоятельствах достаточно прозрачно напоминало и примечание «Писано в Одессе», поскольку отсылка к нему находится в непосредственной близости с вопросом: «Придет ли час моей свободы?». Но при чем тут вообще Назон, Овидий и даже версия «Набокова» про «Ромео и Джульетту», которая хотя и кажется нам убедительной в целом но не представляется достаточно обоснованной в исходном материале.
Мы бы не хотели натягивать, но все-таки что то наших поэтов с Италией связывало явно большее чем просто любовь к древности. Вот, всем известно, что Горький проводил свои годы на Капри. А это как раз Италия. В разобранном нами в 2012 году «Пироскафе» автор видит «башни Ливурны» то есть опять-таки итальянского Ливорно. Да и Пушкин в самом «Онегине» упоминает: «Адриатические волны, О Брента! нет, увижу вас…» Одесса на ЧЕРНОМ море, Румыния и Бессарабия – тоже Черноморский регион. До Италии сотни километров к Западу. Что все это обозначает и/или может обозначать? Этот материал мы начали с отсылке к нашей публикации карты распространения радиации после взрыва на ЧАЭС. В нем мы высказали гипотезу о том что методом фальсификации карты может быть метод «складывания ее в гармошку». Нам СОВЕРШЕННО НЕЯСНО КАК ЗАЧЕМ И ПОЧЕМУ (по каким причинам) это делалось делается и/или могло делаться. Но если предположить, что карта почему то сложена «гармошкой» то белые пятна радиации на карте получают достаточно стройное объяснение. Более того! Тогда получается, что и «складывание» Пушкиным Румынии и итальянской Адриатики выглядит куда как более правдоподобным. Что же происходит с реальной географией? И что с этим делать?
Порассуждайте и подскажите.

Поддержать наш блог, imed3, вы можете в любое время переводом по актуальным динамически изменяемым реквизитам опубликованным в конце этого текста.