November 17th, 2019

«Эволюционный… ухряб» Шнуровского: для лохов путинской «власти»?

Если кто читал «Ухряб» Пелевина может нас поддержать: этот самый ухряб виделся герою пелевенского рассказа в каждом высказывании, строчке текста, даже «шелесте ветра, в шагах по утру». То же самое происходит и с нашим поднадзорным Шнуровским: он видит свой «эволюционный марш» повсюду, даже в голову путину умудряется заглянуть и обнаружить его там. Недавно вот умудрился обнаружить «эволюционный марш» в создании какой-то том новой партии. «За правду» или что-то такое. И она по Шнуровскому тоже «эволюционно марширует». Но в целом у Шнуровского ничего не меняется он как маршировал «в ногу с собой» - сам бля, один бля, так по-прежнему и марширует. Где стройные ряды его марша? В его голове. Сколько странников его «марша» было в начале? Шнуровский. Сколько их сегодня? Тоже – все тот же Шнуровский. Можем с собой сравнивать наш ЖЖ тоже примерно тогда начинался. И даже если мы назовем ЛЮБОГО из своих активных даже в комментариях друзей (но не будем что бы никому обидно не было) то уже покажем что у нас «больше чем один». Ну да ладно, сейчас разговор не о том. Возможно не следовало бы обращать на Шнуровского и его публикации особенного уж внимания, хотя как «ленту новостей» его читать более чем сносно – у нас вон темы и намного покруче есть (иметь неисчерпаемый источник энергии – это «уровень бог», и если это внезапно окажется правдой это изменит многое, мы же понимаем?) но продолжая «маршировать» Шнуровский внезапно замахивается на право, а это – однозначно сфера нашего интереса где молчать мы права совершенно не имеем. И молчать не будем.
Путинская власть опускает право с каждым разом все ниже предлагая обществу модель необычного беззакония. Вроде законы и есть, но они не основаны «ни на чем». Но в том то и дело что общество даже не понимает сути многих законов, не желает ее понимать. Оно просто не видит законности в упор. И вот в контексте этого «сна разума» возникают чудовищные концепции вроде предложенной Шнуровским идеи «отсроченного ущерба». Фундаментально право устанавливает, что нет наказания без вины, нет вины без умысла (хотя бы косвенного), нет преступления без потерпевшего. Шнуровский же предлагает не просто отказаться от фундаментальных принципов права, он продолжает развивать идеи путинизма об отказе от права как источнике закона, а только законы, основанные на праве, могут быть признаны допустимыми. По каждому закону всегда существует вопрос: имела ли власть право его принимать? Если нет – закон подобного рода исполнению не подлежит, за исполнение закона ответственные должны привлекаться ко всем видам ответственности, пострадавшие от исполнения закона должны получать приличествующие компенсации. И – никак иначе: санация, презекуция, компенсации база и основа для будущей работы по восстановлению юридических основ закона и права в России. Недопустимые законы фактически формируют негативный образ России в мире и будут влечь собой необходимые последствия рано или поздно.
Но мы идем далее и понимаем – как нет законов, не основанных на праве, так нет и власти не основанной на законах. Что же предлагает Шнуровский? Он предлагает ввести новую юридическую новеллу «отсроченного ущерба». Что это такое? А – что угодно. И мы снова выходим на концепцию «закона» о «запрете бесстыдства на территории России», к новому изданию православного Талибана. Ведь что такое концепция «отсроченного ущерба», как не право наказывать за «будущие преступления»? Преступление еще не совершено, но наказание уже должно последовать потому что кому-то показалось что оно может повлечь какие-то негативные последствия. Это именно наказание за «мыслепреступления по Оруэллу». Но именно такую систему законов и пытается построить в стране путинизм: это не законы, основанные на праве, это скорей законы, основанные на приказе. Строго по «протоколам сионских мудрецов» закон — это то что мы повелели, «приказали» считать таковым. А кто вы такие что бы тут распоряжаться? Вы уверены в своих правах отдавать подобный приказ? Приказ может быть незаконным, и часто таким и бывает, закон основанный на приказе это в высшей степени юридически странно.
Предлагая основывать законы на приказах Шнуровский (и мы это видели неоднократно) в очередной раз выступает даже против путинизма, против путина, за которого на словах столь усердно «марширует». Ведь как мы подчеркивали неоднократно, несмотря на то что последние 20 лет правовые основания законов последовательно и шаг за шагом разрушаются, власть путина все равно стоит на законах и ни на чем ином. Иначе бы просто не работал их «бешеный принтер», не штамповалось бы по 10 000 законов за сезон, не работали бы десятки региональных парламентов, вокруг как минимум некоторых из которых как минимум иногда кипят даже нешуточные предвыборные страсти. Пусть даже акторы и заказчики этих страстей нам более или менее достоверно известны, все же мы видим, как факт наличие и законов областей, республик, краев и так далее.
Так может ли существовать понятие «отсроченного ущерба»? Красные революционные матросы ввели понятие «косвенного сотрудничества с контрой». Что это значило? А что угодно, как мы охарактеризовали это явление однажды – повторимся вновь (и будем теперь делать это неоднократно): идеология чекиста «понравилось – забери, не понравился – убей». Вот какие традиции предлагает продолжать Шнуровский. Отмена рамок закона, отмена правовых принципов, замена законов – приказами. Вообще то это еще называется «троцкизмом». Фактически это контекст решений о праве на арест собственности «кого понравится» в интересах «кого угодно» как определил Конституционный Суд РФ по «делу Захарченко». Отмена любых правовых гарантий. Тут вспоминается конечно уже не Пелевин с его Ухрябом а концепция братьев Стругацких о недопустимости принятия необратимых решений: помните? Останавливается весь бизнес, прекращает работу общественная сфера, правоохранительная… Нельзя арестовывать человека, ведь может возникнуть «отсроченный ущерб» в виде известной «бутылки». Мы постоянно подчеркиваем «резвость» своей фантазии. Мы придумать можем на основании этого термина, придуманного Шнуровским многое. Вот хотя бы такое: пилишь тайгу – обмелеют реки. Отсроченный ущерб? Конечно. Но значит ли это что надо прекращать пилить совершенно? Ответ на наш взгляд вполне очевиден.
Теперь к тому полицейскому, который отказался от признания себя потерпевшим. Имеет он такое право? Несомненно, имеет. Является ли брошенная в полицейского пластиковая бутылка проблемой? Разумеется, не является – в Украине и скажем во Франции в полицию кидают намного более тяжелые предметы. Являются ли московские процессы очевидным судебным фарсом, судилищем под видом суда, политическими заказными и заказанными процессами? Безусловно. Являются ли решения таких «судов» заведомо правосудными? На наш взгляд ответ на этот вопрос столь же совершено очевиден. И вот в этом контексте отметим то что мы повторяли ранее неоднократно то что Шнуровский называет «деморализация органов» проводится конечно же не теми, кто в них кидал всякие штуки, а именно судами. Судебная «власть» таким образом фактически «воюет» в «властью» исполнительной. И в этом контексте как раз отказ полицейского признать себя потерпевшим (терпилой, терпом, лохом, на их языке) показатель наоборот именно высокого морального духа путинских полицаев и карателей, которые отказываются от участия в качестве пешек в московском фарсе (вспомним кстати здесь то что каратели Гитлера сумели судить, расстрелять и повесить на рояльных струнах несколько сотен заговорщиков буквально за меньше чем год до краха гитлеровской империи). Сознательно ли переставляет эти акценты Шнуровский? Мы не заглядывали в его голову и ответа по существу давать бы не взялись, но вне зависимости от его мотивов картина на наш взгляд вырисовывается совершенно понятная. Именно суды Лебедева – Варниха (и видимо подключившийся к ним КС) играют за силы госперевоорота и пытаются незаконными, командными, приказными, административными мерами деморализовать не только полицейских карателей (что само по себе совершенно замечательно и прекрасно в любой ситуации или остановке) но и общество. Мы ведь отмечали что если в полицейского «нельзя» бросать пластиковую бутылку, то как раз таки убийство такого полицая как раз-таки оказывается вполне возможным – такую индульгенцию дает убийцам именно суд. И механизм этого требует уже, спустя несколько месяцев после события обещанного объяснения: когда за брошенную легковесную бутылку обычному гражданину дается вполне полновесный срок, гражданин, назовем его необычным, то есть с криминальными девиациями смотрит на эту ситуацию совершенно под иным углом: «больше взвода не дадут, дальше Кушки не пошлют»… а там – по амнистии какой «съеду». То есть «грабь, бухай, отдыхай». И что получается? Если наказание несоразмерно преступлению (даже если на полсекунды признать бросание бутылки в полицейского преступлением), то и за более тяжелые преступления фактически будет «меньший» размер наказания. То есть суд фактически УРАВНИВАЕТ «бросание» в полицейского обычной бутылки, камня и пули. Вполне понятное разъяснение?
Выскажитесь.

Поддержать наш блог, imed3, вы можете в любое время переводом по актуальным динамически изменяемым реквизитам опубликованным в конце этого текста.